Появление игуменьи

По логике вещей, первой игуменьей должна была стать одна из стариц, подписавших челобитную. Но по документам игуменья появилась в монастыре только во второй половине 1694 года и звали её Анисья. Откуда она взялась, того не ведомо. Причём, при ней не было даже положенной грамоты о её назначении. Кажется, как пишет дореволюционный историк А.Л. Хвощёв (1870-1935), работавший с архивом монастыря, власти и насельницы не хотели её допустить распоряжаться в монастыре, и ей пришлось обращаться в патриарший приказ за надлежащей грамотой, по которой «ей в том монастыре игуменьей быть и монастырём ведать». В декабре грамота пришла вместе с повелением составить полнейшую опись того, что в обители имеется, начиная от храмов, икон и ризниц до лошадей в стойлах, хлеба и припасов в амбарах и копен сена на лугах. В ту пору в монастыре на малой территории стояло несколько келий, выстроенных на собственные средства членами общины, не было даже церкви, как и общего имущества, так как монастырь начинался как «особножительный», а не общежительный.

Обеспечение пропитания

Главным вопросом для игуменьи Анисьи стало выживание общины, прежде всего, строительство церкви. Дозволение на сооружение храма Живоначальной Троицы было получено ещё в Благословенной грамоте патриарха. В маленькой Пензе уже действовали собор, 5 приходских храмов и 2 мужских монастыря. Все они существовали на доброхотные пожертвования, поэтому энтузиазм пензяков по отношению к женскому монастырю убавился, подарки и пожертвования не поступали, своих средств: угодий или руги от прихода (за неимением ни храма, ни прихода) – тоже не было. Как старицы прожили первые 10 лет на отведённом месте в Пензе в документах не отразилось. Спасение пришло в 1699 году, когда через Пензу возвращался из похода боярин князь Борис Алексеевич Голицын (1654-1714), начальник приказа Казанского дворца, воспитатель юного царя Петра Первого («дядька царя». Игуменья смогла объяснить ему горестное положение сестёр, и князь обещал помощь. Тут же было составлено прошение к царю. А в конце года пришла царская грамота с пожалованием монастырю порожних земель на речке Пензятке. Правда, получилось всё по русской пословице: «Жалует царь, да не жалует псарь». Подьячий Попов на словах обещал оформить земли должным образом монастырю, а на самом деле попытался их же закрепить за другими людьми в надежде на их «благодарность». Игуменья Анисья в марте 1700 года опять пишет жалобу с требованием вернуть монастырю законные земли. Жалоба удовлетворена, земля досталась монахиням. В рабочей силе, необходимой для обработки земли, недостатка не было: на вновь обживаемые земли в южных районах России пробиралось множество беглых крестьян. Итак, пропитание общины в какой-то степени было обеспечено.

Строительство первого Троицкого храма

Игуменья Анисья переходит к решению главной для монастыря задачи – строительству храма. Молитвы её и сестёр дошли до Господа. Удача и здесь ей сопутствовала. Ещё 23 августа 1693 года в Пензенский девичий монастырь был выдан антиминс к освящению церкви Пресвятой Богородицы Одигитрии. То есть, какая-то маленькая церковка, возможно, обустроенная в одной из приспособленных келий, для насущных нужд у монахинь была. Средств на настоящий храм по-прежнему не имелось, и монастырь мог бы ещё долго оставаться без храма, но помогло случайное стечение обстоятельств, хотя, как известно, у Бога случайностей не бывает. В Пензе в ту пору уже был построен собор Всемилостивого Спаса, находившийся в центре крепости. Его деревянное здание (первое) к концу века обветшало, и горожане решили построить новое. Благословенная грамота была получена в 1697/1698 году, но со строительством не торопились. В 1700 году, вероятно, решились начать стройку, и деятельная Анисья с сёстрами обращается к Патриарху Адриану с просьбой разрешить им перевезти в монастырь старую соборную деревянную церковь, так как «за маломочеством и за скудостию» храм они ещё не построили. В полученной Благословенной грамоте Патриарха от 16 июля 1700 года подробно описывается, как должен состояться перенос алтарных престолов: «Прежнюю старую деревянную церковь Всемилостивого Спаса разобрать, перевезть в Троицкий девичий монастырь и поставить на удобном месте. А прежде разбирания престол же с одеянием священникам вынесть в оную в целости и поставить в чистом месте, чтобы никакая скверна не прикасалась. <…> А как та церковь и придел построены и к освящению изготовлены будут, и той настоящей церкви и придела престолы со одеянием внесть в те церкви священникам в целости и поставить на прежних престольных местах, а буде престолы и одеяния ветхи, и те престолы со одеянием положить под алтарём в землю, а вместо того сделать новые престолы со одеянием, и старых престолов антиминсы, буде ветхи, положить в новых престолах в десную [справа] столбца  от восточной страны в ящик и закрыть доскою, и в той настоящей церкви и в приделе сотворить посвящение города Пензы Спасского собора протопопу Фёдору, вечер и утро петь службу о новлении храма и придела <…> читать молитвы <…> как о том напечатано в исправных требниках. И служить Божественную литургию». В 1702 году этот храм был освящён в честь Пресвятой Живоначальной Троицы с приделом в честь Смоленской иконы Божьей Матери Одигитрии. Он простоял в монастыре до 1746 года, когда был построен каменный Троицкий собор. Но это уже было при другой игуменье. После 1700 года имя Анисьи в документах не встречается.